Денежно-кредитные условия в ноябре в целом оставались нейтральными

Корпоративное кредитование и ипотека в октябре сохранили высокие темпы роста, несмотря на некоторое повышение ставок по кредитам. Приток средств на депозиты в октябре сменил отток, который наблюдался в сентябре.

Денежно-кредитные условия и трансмиссионный механизм денежно-кредитной политики (ноябрь 2022 г.).

По оценкам Банка России, денежно-кредитные условия (ДКУ) в ноябре в целом оста­вались нейтральными. ДКУ несколько смягчились в отдельных сегментах рынка, прежде всего в связи с уменьшением волатильности на российском финансовом рынке из‑за не­которого ослабления геополитической напряженности. При этом ставки по кредитам и депозитам в ноябре, по оперативным данным, были стабильными.

В среднем за ноябрьский период усреднения (ПУ) спред Ruonia составил -26 б.п. (за ок­тябрьский ПУ: 6 б.п.). Приток бюджетных средств и снижение спроса на ликвидность со стороны крупнейших банков-заемщиков оказали понижательное давление на ставки денежного рынка.

В ноябре уровень кривых денежного и долгового рынков практически не изменился, за исключением некоторого снижения доходностей ОФЗ на участке до 5 лет. Длинные доходности ОФЗ, после их повышения в сентябре, продолжают отражать премию за не­определенность.

В октябре сохранились высокие темпы прироста кредитования организаций и ипотеки, несмотря на некоторое отложенное повышение кредитных ставок на фоне удорожания банковского фондирования.

Денежная масса в национальном определении в октябре увеличилась за счет кредито­вания экономики, бюджетного фактора, а также перетока с валютных счетов и вкладов на рублевые депозиты, и годовой прирост денежного предложения составил 24,4%.

Денежно-кредитная трансмиссия.

Трансмиссионный механизм денежно-кредитной политики (или денежно-кредитная трансмиссия) – это последовательность связей в экономике, через которые денежно-кредитная политика влияет на спрос и, соответственно, инфляцию. Основу этого ме­ханизма составляют ставки и доходности в основных сегментах рынка, влияющие друг на друга (ключевая ставка непосредственно влияет на краткосрочные ставки денежного рынка, краткосрочные ставки – на долгосроч­ные ставки и доходность ОФЗ, доходность ОФЗ – на доходность корпоративных облига­ций, доходности облигаций и долгосрочные ставки денежного рынка – на кредитные и де­позитные ставки). Ставки, в свою очередь, влияют на привлекательность сбережений, потребления и инвестиций (процент­ный канал трансмиссионного механизма), возможности заемщиков предоставить каче­ственное обеспечение, а банков – наращивать кредитование (кредитный и балансовый каналы), богатство инвесторов (канал благо­состояния), курс рубля (валютный канал).

Через любой из этих каналов рост рыночных ставок сдерживает спрос и ин­фляцию, а снижение – стимулирует. Кроме денежно‑кредитной политики и спроса, на инфляцию и конъюнктуру финансовых рынков влияет множество других факторов, которые учитываются Банком России при принятии решения о ключевой ставке.

В этом материале кратко охарактеризова­ны работа денежно-кредитной трансмиссии и условия ее функционирования.

Денежно-кредитные условия.

По итогам ноября ДКУ в целом оставались в нейтральном диапазоне. Смягчение в некото­рых сегментах связано прежде всего со снижением волатильности на российском фондовом и валютных рынках на фоне уменьшения геополитической напряженности (рис. 1). В то же время, после некоторого ужесточения ценовых условий в сегментах корпоративного и ипо­течного кредитования в октябре, ставки по кредитам и депозитам в ноябре, по оперативным данным, были стабильными. При этом принятое в октябре Советом директоров Банка России решение о сохранении ключевой ставки на уровне 7,5% не оказало существенного влияния на ДКУ, так как было ожидаемо рынком.

Процентный канал трансмиссионного механизма денежно-кредитной политики.

Ключевая ставка.

Согласно индикаторам финансового рынка по состоянию на конец ноября 2022 г., участни­ки рынка ожидали сохранения ключевой ставки на текущем уровне до конца 2022 г. (табл. 1). На заседании 16 декабря 2022 г., как и на предыдущем заседании 28 октября 2022 г., Совет директоров Банка России сохранил ключевую ставку на уровне 7,5% годовых.

* Даты проведения опроса: 30 ноября – 6 декабря 2022 года. В скобках – результаты опроса в октябре 2022 года.

Источники: расчеты Банка России, НФА.

Денежный рынок и ставки овернайт (Ruonia).

За ноябрьский ПУ обязательных резервов (ОР) спред ставки Ruonia – операционного ориентира Банка России – к ключевой ставке Банка России составил -26 б.п. (за октябрьский ПУ: 6 б.п.; с начала года: -18 б.п.) (рис. 4). Волатильность спреда снизилась до 19 б.п. (в октябрьском ПУ: 21 б.п.; с начала года: 36 б.п.).

Структурный профицит ликвидности в среднем за ноябрьский ПУ составил 1,2 трлн руб. (за октябрьский ПУ: 1,1 трлн руб.). На начало декабря структурный профицит ликвидности уве­личился до 1,2 трлн руб. (табл. 2).

В ноябрьском ПУ спред Ruonia к ключевой ставке вернулся в отрицательную область. Предоставление Банком России средств на аукционах длинного репо в начале ноября и поступление бюджетных средств несколько сократили потребность банков-заемщиков в ликвидности и увеличили объем избыточной ликвидности у банков-кредиторов. Кроме того, некоторые банки-кредиторы сократили спрос на депозиты Банка России постоянного дей­ствия и увеличили объем размещения в сегменте МБК (Ruonia). В результате обороты в этом сегменте достигли исторически максимальных значений. Чтобы абсорбировать избыточную ликвидность, Банк России повышал лимиты на своих недельных депозитных аукционах. Од­нако предложение банков на некоторых аукционах было меньше лимитов. Это оказывало понижательное давление на ставки денежного рынка. После того как банки с избыточной лик­видностью увеличили объем размещения средств на недельных депозитных аукционах Банка России, спред ставки Ruonia к ключевой ставке сузился.

В ноябре сформировался бюджетный дефицит. Расходы бюджета выросли по сравнению с ноябрем прошлого года. Частично они были профинансированы средствами Фонда национального благосостояния (ФНБ). Доходы бюджета также увеличились по сравнению с ноябрем предыдущего года, однако в меньшей степени, чем расходы. Рост доходов обусловлен уплатой повышенного налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), а также перечислением части дивидендов ПАО «Газпром» за первое полугодие 2022 г. в бюджет. Минфин России нарастил заимствования с помощью ОФЗ. Это привело к оттоку ликвидности из банков. Вместе с тем Федеральное казначейство (ФК) увеличило объем размещений средств в банках, что в значи­тельной степени сгладило влияние на ликвидность бюджетных операций.

Спрос на наличные деньги в ноябре формировался вблизи своих сезонных значений и при­вел к оттоку ликвидности в размере 0,1 трлн рублей.

Прогноз структурного профицита ликвидности на конец 2022 г. понижен на 0,7 трлн руб. и оценивается в диапазоне от 2,6 до 3,2 трлн рублей. Это связано с повышением прогноза прироста наличных денег в обращении на 0,3 трлн руб., до 1,7 – 1,9 трлн рублей. Несмотря на возврат динамики наличных денег к сезонной, в целом накопленный с конца сентября их отток из банков сформировался выше уровня, обусловленного макроэкономическими факторами. Кроме того, понижен на 0,4 трлн руб. прогноз притока средств в банки за счет бюджетных и прочих операций. Активные рыночные заимствования Минфина России в но­ябре – декабре позволят снизить объем использования средств ФНБ для финансирования части бюджетных расходов в 2022 году.

Кривые доходностей денежного и долгового рынков.

Кривые денежного рынка. В ноябре кривая ROISfix осталась на прежнем уровне. Ставки срочностью до 6 месяцев снизились на 0 – 2 б.п., а индикатор срочностью 1 год вырос на 4 б.п. (рис. 6). При этом ставка Rusfar 3М возросла и составила 7,89% (+14 б.п.). Динамика кривых денежного рынка связана с сохранением ожиданий участников рынка относительно траек­тории ключевой ставки. Рынок по‑прежнему ожидает сохранения ключевой ставки вблизи текущего уровня в среднесрочном периоде, но риски реализации проинфляционных факторов и ужесточения денежно-кредитной политики оцениваются как повышенные.

Кривая доходности ОФЗ. На конец ноября кривая бескупонной доходности продолжила движение вниз на коротких и средних сроках (до 5Y) в среднем на 10 – 30 б.п. и почти не из­менилась на длинных (не более 5 б.п.) (рис. 9): ОФЗ 1Y – 7,46% (-26 б.п.); ОФЗ 2Y – 7,95% (-25 б.п.); ОФЗ 5Y – 9,24% (-13 б.п.); ОФЗ 10Y – 10,2% (+2 б.п.). Короткие доходности снизи­лись по причине того, что они в большей степени, чем длинные, зависят от ключевой ставки и кривой денежного рынка. В сентябре из‑за роста коротких доходностей спред ОФЗ – ROISfix существенно расширился, и ноябрьской тенденцией стал возврат спредов на близкий к ме­дианному уровень (рис. 6). Кроме того, дополнительный эффект могло оказать погашение выпуска ОФЗ-ПК на 212,4 млрд рублей. В то же время повышательное давление на доходности ОФЗ оказывали активные размещения Минфина России, который с начала квартала привлек порядка 1,65 трлн руб. с целью покрытия дефицита бюджета. Позитивным сигналом для дол­гового рынка стала информация об исполнении федерального бюджета за 10 месяцев 2022 г. с профицитом в 128 млрд руб., что снижает потребность Правительства Российской Феде­рации в дополнительных заимствованиях. Спред между доходностью 10- и 2‑летних ОФЗ продолжил расширяться и к концу месяца достиг 225 б.п. (+27 б.п.) за счет умеренного смеще­ния вниз короткого участка кривой.

В ноябре долговой рынок развитых стран оказывал некоторое влияние на динамику россий­ского рынка ОФЗ. Доходность казначейских облигаций США снизилась на 10 – 40 б.п. на фоне ожиданий снижения темпов роста ставки ФРС США, несмотря на высокую инфляцию (7,7% в октябре; 8,2% в сентябре) и сильные данные по рынку труда, в том числе количеству новых рабочих мест в несельскохозяйственных отраслях экономики (факт: +263 тыс. новых рабочих мест; ожидание: +200 тыс. новых рабочих мест): 2Y – 4,38% (-13 б.п.) и 10Y – 3,68% (-42 б.п.).

В ноябре среднедневной оборот несколько увеличился, достигнув 14 млрд руб. (13,1 млрд руб. в прошлом месяце), причем нетто-продавцами на вторичном рынке ОФЗ по‑прежнему оста­вались СЗКО.

Первичный рынок ОФЗ. В ноябре Минфин России повысил эмиссионную активность на рынке первичного долга, разместив ОФЗ на сумму 1,4 трлн рублей. На первой аукционной неделе (2 ноября) ведомство привлекло 167 млрд руб., предложив ОФЗ-ПД (2036 г.), ОФЗ-ПК (2030 г.) и ОФЗ-ИН (2032 г.), при спросе в 326 млрд рублей. Дисконт к цене вторичного рынка для ОФЗ-ПК составил -1,96 п.п.; премия к доходности вторичного рынка для ОФЗ-ПД – око­ло +84 базисных пунктов. 16 ноября Минфин снова предложил все три вида бумаг – ОФЗ-ПД (2032 г.), ОФЗ-ПК (2033 г.) и ОФЗ-ИН (2032 г.) – и привлек исторически максимальный объ­ем средств – 823 млрд руб., причем 750 млрд руб. пришлось на выпуск ОФЗ-ПК, который был размещен в полном объеме за один аукцион. Ведомство предоставило несущественную пре­мию к доходности вторичного рынка (+4 б.п.) для ОФЗ-ПД. На двух последних неделях месяца было привлечено 167 и 220 млрд руб. при спросе в 670 и 492 млрд руб. соответственно. Наи­больший интерес инвесторы проявляли к ОФЗ-ПД. Ноябрьские аукционы характеризовались большей диверсификацией, то есть меньшим количеством неконкурентных и высококонцен­трированных заявок.

Вмененная инфляция. По итогам ноября вмененная инфляция из ОФЗ-ИН 52002 (2028 г.) несколько снизилась (до 6,1%; 6,4% – месяцем ранее), достигнув минимума с конца сентября этого года.

Рынок корпоративных облигаций.

Вторичный рынок. По итогам ноября средняя доходность корпоративных облигаций вы­росла на 10 б.п., до 9,5% (9,4% в октябре). Спред к доходности государственных облигаций в течение месяца преимущественно расширялся, достигнув 197 б.п. (+47 б.п.) – уровня кон­ца сентября – начала октября. Расширение спреда вызвано в том числе ожиданиями усиления санкционного давления со стороны ЕС и США в ближайшее время, а также ухудшения опе­рационных результатов нефтегазового сектора из‑за ранее введенных ограничений (эмбарго на поставки российской нефти морским путем с 5 декабря 2022 г., на нефтепродукты – с 5 фев­раля 2023 г.).

Первичный рынок. В ноябре активность корпоративных заемщиков на долговом рынке увеличилась по сравнению с предыдущим месяцем. Общий объем рыночных и не­рыночных размещений составил 754 млрд руб. (ранее: 618 млрд руб.), причем более половины размещений – 404,1 млрд руб. – было предложено широкому кругу инвесторов (в октябре: 304 млрд руб.). Эмитенты выпускали преимущественно облигации с постоянным купоном – на фоне макроэкономической неопределенности и ожиданий усиления проинфляционных трендов в среднесрочной перспективе. Структура заемщиков существенно не изменилась. Основными эмитентами долга оставались банки и компании реального сектора, прежде всего нефтегазового, транспортного и золотодобывающего, с кредитным рейтингом инвестиционного уровня (не ниже «А-»). Российские компании продолжали наращивать при­влечения в юанях. Эмитентами замещающих облигаций, позволяющих восстановить платежи по еврооблигациям, являлись сырьевые экспортеры.

Кредитно-депозитный рынок.

Депозитные ставки. В октябре продолжилось повышение рублевых депозитных ставок в долгосрочном сегменте в связи с возросшей конкуренцией банков за вкладчиков из‑за от­тока средств населения в сентябре и сохраняющейся неопределенности на длинном горизонте. В сегменте депозитов на срок до 1 года, напротив, средневзвешенная ставка за месяц умень­шилась с учетом снижения доходностей ОФЗ (заметнее – на коротком участке кривой) и сохранения ключевой ставки в октябре на неизменном уровне. В результате среднерыноч­ная ставка по долгосрочным депозитам составила 7,3% годовых, а по краткосрочным – 5,2% (рис. 11).

По данным оперативного мониторинга, в ноябре отдельные крупные банки – участники роз­ничного депозитного рынка продолжили повышать ставки по вкладам: индекс доходности депозитов FRG100 в ноябре вырос еще на 13 б.п., до 6,6%, однако этот рост был уже сла­бее, чем месяцем ранее (рис. 12). В краткосрочной перспективе можно ожидать сохранения среднерыночных депозитных ставок вблизи текущих уровней либо их некоторого роста. Конкуренция за устойчивое фондирование в сочетании с традиционным для конца года про­движением банками акционных вкладов может способствовать росту ставок. Вместе с тем сохранение ожиданий о неизменности ключевой ставки на ближайших заседаниях может ограничивать возможное повышение ставок.

Депозитные операции. Отток рублевых средств населения из банков, отмеченный в сен­тябре, сменился притоком в октябре: сохранилась положительная динамика рублевых долгосрочных депозитов и текущих счетов, а депозиты срочностью до 1 года по‑прежнему сокращались, но менее выраженно, чем месяцем ранее. Процесс девалютизации депозитов и счетов физических лиц продолжился, но меньшими темпами: за октябрь валютные средства населения сократились на 6,0%, месяцем ранее – на 10,4%. По итогам октября годовой при­рост средств населения в банках составил 3,4% против 4,4% месяцем ранее, валютизация второй месяц подряд находилась на историческом минимуме в 10,5% (рис. 13). Физические лица по‑прежнему направляли часть сбережений на приобретение недвижимости: средства на счетах эскроу за октябрь выросли на 60 млрд руб. – слабее, чем в сентябре, из‑за снижения активности в первичном сегменте ипотечного рынка и постепенного раскрытия счетов эскроу по мере завершения проектов жилой застройки.

По оперативным данным, в ноябре отмечался приток рублевых средств в банки – как на те­кущие счета, так и на срочные депозиты – благодаря росту привлекательности рублевых инструментов сбережения, прежде всего долгосрочных, из‑за повышения депозитных ставок. Кроме того, приток средств на депозиты в ноябре частично был обеспечен разовыми выпла­тами военнослужащим. В краткосрочной перспективе интерес населения к рублевым срочным вкладам может продолжить восстанавливаться. Также можно ожидать сохранения тенденции к общему сокращению валютных сбережений. Вместе с тем на депозитном рынке продолжают постепенно развиваться продукты в юанях, что во многом обусловлено потребностью населе­ния в иностранной валюте для удобства расчетов.

Кредитные ставки. Ставки по рублевым кредитам в октябре изменялись разнонаправленно, несмотря на снижение ставок на финансовых рынках. Реакция банков в октябре могла быть обусловлена лагом в денежно-кредитной трансмиссии – повышение кредитных ставок при­шлось на середину октября, когда доходности ОФЗ и стоимость банковского фондирования еще не успели снизиться. Кроме того, увеличение ставок по кредитам могло отражать повы­шение банками оценок кредитных рисков.

Ставки по краткосрочным кредитам нефинансовым организациям снизились на 0,28 п.п., до 9,18%, по долгосрочным – повысились на 0,28 п.п., до 9,07% (рис. 11). Рост ставок по кре­дитам бизнесу в октябре мог быть связан с общим расширением неопределенности, а также с возможными рисками сокращения спроса. Средневзвешенная ставка в октябре по рознич­ным краткосрочным кредитам снизилась на 0,37 п.п., до 17,98% годовых, а средневзвешенная ставка по розничным долгосрочным кредитам возросла на 0,26 п.п., до 12,1%. Повышение средневзвешенной ставки по розничным долгосрочным кредитам в октябре может быть связано в том числе с удорожанием ипотечных кредитов, составляющих значительную долю в выдачах кредитов населению (рис. 11). Так, средневзвешенная ставка по рублевым ипотечным жилищным кредитам составила 7,4%, увеличившись на 0,67 п.п. по сравнению с сентябрем. Рост средневзвешенной ставки по ипотечным кредитам был связан со снижением доли операций в первичном сегменте по пониженным ставкам в рамках льготных программ. Кроме того, средневзвешенная ипотечная ставка на первичном рынке в октябре несколько увеличилась, составив 3,7% по сравнению с 3,5% в сентябре. Кредитные ставки на вторичном рынке, где преобладают рыночные стандарты кредитования, при этом изменились незначительно.

Кредитные ставки, по данным оперативного мониторинга, в ноябре стабилизировались (рис. 12). С учетом некоторого улучшения ожиданий в целом в экономике ставки по кредитам в ноябре в отдельных сегментах могли вернуться на траекторию снижения.

Ставки по кредитам в дальнейшем могут заранее корректироваться с учетом коммуника­ции денежно-кредитной политики, так как выраженные ожидания по изменению ключевой ставки у участников рынка не наблюдаются. Сворачивание программ льготного корпоративного кредитования при прочих равных может способствовать некоторому повышению ставок по кредитам организациям. Макропруденциальные лимиты, установленные на I квартал 2023 г. в отношении необеспеченных потребительских кредитов, при неизменных риск-премиях тех­нически могут оказать понижательное воздействие на средние ставки по выдаваемым ссудам.

Корпоративное кредитование. Расширение корпоративного кредитования в октябре со­хранялось. Годовой прирост портфеля корпоративных кредитов увеличился на 0,7 п.п., до 12,2% (рис. 14). Прирост кредитования организаций сформировался за счет рублевого сег­мента, и девалютизация кредитного портфеля продолжилась. Так, годовой прирост рублевого кредитования организаций ускорился в октябре до 22,2% по сравнению с 19,9% в предыдущем месяце. Валютное кредитование тем временем сократилось в годовом выражении на 23,9% в октябре против 18% в сентябре.

Годовой прирост корпоративного кредитования, по оперативным данным, в ноябре со­хранился, однако выдачи льготного корпоративного кредитования сократились. Влияние льготных программ поддержки кредитования организаций постепенно снижается, и динамика корпоративного кредитования в дальнейшем будет определяться спецификой трансформации в российской экономике.

Розничное кредитование. В октябре в связи со снижением спроса на жилую недвижимость, а также ужесточением политики банков по одобрению заявок в условиях общей неопреде­ленности объемы выдач ипотечных кредитов снизились, но сохранились при этом вблизи повышенных значений 2020 – 2021 годов. Всего в октябре выдано 448 млрд руб. ипотечных кредитов против 518 млрд руб. в сентябре. Годовой прирост портфеля ипотечных жилищных кредитов составил 16,5%, а доля ипотечного кредитования в приросте задолженности физических лиц перед банками превысила 80% (рис. 15). Доля льготного кредитования в выдачах в октябре при этом несколько снизилась.

Замедление роста необеспеченных потребительских кредитов сохранилось: прирост портфеля в октябре составил 0,3% по сравнению с 0,9% в сентябре. Снижение прироста в не­обеспеченном потребительском кредитовании может быть связано со снижением спроса на крупные покупки из‑за расширения неопределенности, некоторого сокращения базы потен­циальных заемщиков, а также c ужесточением банками неценовых параметров кредитования. В ноябре, по оперативным оценкам, розничное кредитование несколько активизировалось на фоне улучшения потребительских настроений.

Динамика необеспеченного потребительского кредитования в дальнейшем может сохра­няться умеренной, в том числе из‑за осторожности населения в потребительском поведении, а также из‑за установления макропруденциальных лимитов на I квартал 2023 года. Ипотечное кредитование в сегменте ипотеки от застройщика с пониженными ставками может существен­но замедлиться с 2023 г. в случае принятия Банком России мер, направленных на ограничение рисков данного продукта.

Другие сегменты финансового рынка.

Обменный курс (валютный канал).

В ноябре рубль колебался в диапазоне от 60,35 до 62,10 руб. / долл. США и к концу меся­ца несколько укрепился – до 60,99 руб. / долл. США (+0,8%). Динамика среднемесячного курса также демонстрировала его укрепление: 60,88 руб. / долл. США в ноябре; 61,58 руб. / долл. США в октябре.

Месячная реализованная волатильность курса вернулась к значению сентября 2022 г. и со­ставила 11,1% (в октябре: 27,3%) – медианному уровню с 2017 года. Изменение волатильности рубля от месяца к месяцу преимущественно связано с усилением или ослаблением геополи­тических рисков.

Реальный эффективный курс рубля (REER), рассчитанный по отношению к валютам основ­ных внешнеторговых партнеров, ослабился на 1,1% в октябре (в сентябре: +2,6%). Динамика REER обусловлена ослаблением рубля в октябре к валютам основных внешнеторговых пар­тнеров – Китая и стран ЕС. При прочих равных ослабление REER способствовало смягчению ДКУ.

Рынок капитала (канал благосостояния).

В ноябре индекс МосБиржи в целом оставался на уровне конца октября, показав незна­чительный рост – на 0,4% (-42,6% с начала года; -43,9% г / г). Амплитуда колебаний бумаг сузилась, Российский индекс волатильности (RVI) также снизился – до 43 п. (-4 п. к предыдущему месяцу; +8 п. г / г).

Динамика российского рынка акций в течения ноября была обусловлена несколькими факторами: ввиду дефицита значимых новостей и как внешних, так и внутренних драйверов на рынке, восстановительный тренд октября замедлился. Незначительное давление также ока­зали снижение цен на мировом рынке нефти и ожидания в конце месяца введения потолка цен для российских компаний – экспортеров нефти. При этом позитивная динамика наблюдалась в металлургическом и финансовом секторах российского рынка в связи с ростом цен на золо­то и новыми дивидендными рекомендациями советов директоров компаний.

По данным Московской Биржи, общий объем операций во всех сегментах в ноябре показал рост на 4,2% к предыдущему месяцу (-17,8% г / г), при этом объем торгов акциями, депозитар­ными расписками и паями снизился до 859 млрд руб. (1008,3 млрд руб. в октябре).

Внешние рынки.

В ноябре некоторые из мировых центральных банков продолжили цикл ужесточения денежно-кредитной политики и повышения ключевых ставок на фоне устойчивого инфляционного давления. Средняя ключевая ставка в развитых странах достигла 2,79% (+42 б.п. к предыдущему месяцу, +278 б.п. к началу года), в странах Латинской Америки – 11,38% (+26 б.п.; +497 б.п.), в странах Юж­ной и Юго-Восточной Азии – 5,40% (+19 б.п.; +195 б.п.), в странах Центральной и Восточной Европы и Средней Азии – 9,12% (+12 б.п.; +558 б.п.), в странах Африки – 9,73% (+85 б.п.; +403 б.п.).

В таких странах с формирующимися рынками, как Индонезия, Мексика, ЮАР, Южная Корея и Перу, ставка была повышена, в то время как в Индии и Бразилии – сохранена на предыдущем уровне. В ноябре Центральный Банк Турции снизил ставку на 150 б.п., до 9%, при этом, согласно данным Турецкого статистического института, темп роста потребительских цен замедлился впервые за пол­тора года (+2,88% м / м в ноябре; +3,54% месяцем ранее).

Индексы акций в национальных валютах стран с формирующимися рынками в основном росли (рис. 20). Негативную динамику (-3,10%) демонстрировали индексы акций Бразилии. Рынки Азиат­ско-Тихоокеанского региона показали рост после падения месяцем ранее из‑за снижения опасений инвесторов относительно политики ограничений, связанных с пандемией коронавируса. Доходности государственных облигаций в странах с формирующимися рынками в основном снижались, за ис­ключением Китая и Бразилии.

Риторика монетарных властей основных развитых стран смягчилась, однако оставалась жесткой, что в совокупности с геополитическими рисками сохраняло неопределенность относительно пер­спектив роста мировой экономики. В то же время рынки акций показывали положительную динамику (S&P 500: +5,33%, Stoxx 600: +6,75%, Nikkei 225: +1,42%) (рис. 20). Такие тенденции связаны с кор­ректировкой ожиданий участников рынка относительно жесткости денежно-кредитной политики как ФРС CША, так и ЕЦБ (инфляция в еврозоне в ноябре замедлилась впервые за 17 месяцев) в ближай­шие месяцы, а также с действием разнонаправленных факторов на сырьевых рынках.

Денежная масса.

В октябре рост требований к организациям вновь ускорился (с 10,9 до 11,6% г / г), что способ­ствовало повышению годовых темпов роста требований банковской системы к экономике. В розничном сегменте, наоборот, годовой рост требований продолжил замедляться и соста­вил 9,4% против 10,2% месяцем ранее. В результате требования к экономике сохраняли за собой роль ключевого источника роста денежного предложения, обеспечив за год 9,5 трлн руб. при­роста денежной массы.

Сохранился заметный положительный вклад чистых требований к органам государствен­ного управления в годовое изменение денежной массы (около 2,5 трлн руб.), незначительно увеличившись по сравнению с сентябрем из‑за формирования в октябре профицита бюджет­ной системы. Продолжился переток средств с валютных депозитов и счетов нефинансового сектора в рублевый сегмент, что в сочетании с поступлением денег в экономику по кредитному и бюджетному каналам поддерживало высокие темпы роста денежной массы в национальном определении М2. По итогам октября годовой рост М2 составил 24,4% после 23,9% в сентя­бре (рис. 17). Рост широкой денежной массы M2X, напротив, замедлился на 0,7 п.п., до 13,6% (без исключения валютной переоценки – ускорился с 10,0 до 11,2%). Рост агрегата М0 в октя­бре продолжился, но был уже не таким выраженным, как месяцем ранее.

Даты отсечения данных:

- в разделе «Денежный рынок и ставки овернайт (Ruonia)» – 13.12.2022 (важной составляющей системы инстру­ментов Банка России по управлению ликвидностью банковского сектора и ставками денежного рынка являют­ся обязательные резервные требования, поэтому анализ эффективности реализации операционной процедуры денежно-кредитной политики Банка России следует проводить с учетом периодов усреднения обязательных ре­зервов; в ноябре – декабре 2022 г. это период с 16.11.2022 по 13.12.2022);

- в разделах «Кривые доходностей денежного и долгового рынков» и «Другие сегменты финансового рын­ка» – 30.11.2022;

- в разделе «Кредитно-депозитный рынок» – 01.11.2022.

Электронная версия информационно-аналитического комментария размещена на официальном сайте Банка России.

Материал подготовлен Департаментом денежно-кредитной политики.

Фото на обложке: Shutterstock / Fotodom.

© Центральный банк Российской Федерации, 2022.